Есть такая замечательная женщина - ветеран Великой Отечественной войны, труженик тыла, Мария Григорьевна Чернышева. Она долго жила в Якутии,  видела, «как вырастает Нерюнгри, как был он сначала палаточным  поселком, как стал городом». Воспоминания первостроителя о 1941-1945 годах записала заведующая отделом комплектования и обработки МБУ «Нерюнгринская городская библиотека»  Екатерина Сергеевна Кобылко. 

Семья и невзгоды

Родилась 1929 году, в селе Большая речка Ирбенского района Красноярского края. Я была самой младшей в семье, двенадцатой. В 1939 году умер отец. Когда началась Великая Отечественная война, мне было 12 лет. Четырех старших братьев сразу забрали на фронт. Дома остались мы с мамой, и брат.  Мама очень тяжело болела и умерла в 1943 году. Брата, который тоже был слаб здоровьем, военкомат мотал туда-сюда: то заберут, то вернут. Иногда я оставалась совсем одна. В школе училась до 8 класса, а в старшие нужно было ходить в соседнее село - семь километров. Когда началась война, стало не до учебы…

Все для фронта

Первый признак войны - мы стали отдавать еду на фронт. То, что летом выращивали в полях – картофель, морковь, свеклу, - все это сушили и отвозили на пункты передачи. Вся пища из колхозов отправлялась туда. Конечно, у нас был свой огород, как говорится, «кормили себя сами».

Хлеба было очень мало, потому что все зерно отправляли солдатам. Оставшийся хлеб колхоз делил между семьями, по 100-200 грамм каждому человеку. Моя мама готовила его до самой смерти, чтобы хоть как-то нас накормить. Хлеб делался из всего, что было можно приготовить. Варили картошку, добавляли муку, пекли – получившееся и называлось хлебом.

Собирались дома вместе с другими девочками, женщинами. Тогда в деревне были овцы; их чесали, стригли, а после пряли шерсть. Вязали теплые вещи. Кто-то из нас готовил еду, кто-то собирал продукты для отправки. Все самое необходимое делали своими руками, после чего это отправлялось на фронт.

О труде

Трудилась там же, в колхозе. Летом вся работа перемещалась на поля.  Мне было уже 14 лет. С девушками-ровесницами я косила сено. Наточат нам косы, и отправляемся в поле. Очень тяжёлая была работа. Колхоз распределял обязанности. Стога часто стояли и до зимы, их укрывали от сырости. Потому что если сено пропадёт – пропадут и животные (коровы, лошади), а без них и мы не проживем.

В то время только на лошадях и быках вся работа и делалась, трактор был всего один на деревню. На тракторе брат работал, прицепщиком. Тракторист водит машину, а прицепщик смотрит за всеми ножами, сеялками… Брат у меня молчаливый был, тихий. Его часто дразнили. Как сейчас помню, прослышу о том, что его обижают, прибегаю, заступаюсь, отвечаю на нападки. Обидчики хором: «Защитница явилась!..» Бывало такое, что его ни за что обвиняли. Ну, он ответить не мог…

О зерне

Тогда даже дети трудились. Бывало, сложим тяжелое сено на «волокуши», на лошадь посадим детей, и те правят. Очень тяжело приходилось тем, кто работал на молотилке зерна. Сначала же колосья в снопы собирали. А для молотьбы надо было их разрезать, разделять. Дети помладше приносили, мы разбирали снопы, ровняли. Руки после этой работы болели нещадно, даже перчатки кожаные защищали руки недолго. У меня с тех пор боль в пальцах. А когда-то еще и подморозила… Так вот, мы снопы передавали, и люди постарше кидали колосья в молотилку. Зерно засыпали в мешки и - зимой на санях, летом на телегах, - под красным флажком увозили в ближайший пункт передачи для отправки на фронт. Лыж не было, сами выстругивали, и на них отвозили хлеб и другие продукты.

О радости и победе

Да… Было трудно. Но и весело. Работали, пахали, плакали, но и смеялись, пели песни… Все время работали, времени на развлечения не было, но это и к лучшему. Нельзя было отвлекаться, когда там идёт страшная война, гибнут и голодают люди!..

На деревню одно только радио было. И когда по нему объявили, что война закончена, сказали о победе, мы сначала не поверили. Это потом уже, когда нам сообщили об этом приехавшие люди, наши все плакали и смеялись. Потом стали возвращаться ушедшие на фронт. У меня три брата вернулись, один долго говорить не мог…  Выговаривал в час по слову, весь контуженный был… рука, половина тела, голова… Четвертый брат погиб…

А куда после войны было идти? Так и работали на колхозах. На полях до последнего трудились, и так больные пальцы отморозила, почти не чувствовала, и сейчас крутит… В деревне одна ферма была, так мы и для скота корм заготавливали. Трудодни были долгими и тяжелыми.

После войны

Семья у меня большая. Внуки и дети - все с высшим образованием. Это уж так получилось, что бабушка без него осталась… Мы с мужем работали, чтобы детей на ноги поднять.

Дочь одна фельдшер-акушер, вторая сметчица. Сын окончил радиотехническое училище, а после того, как мы накопили денег, поступил в военный институт. На чеченской войне служил в «горячих точках». Был начальником отряда минометной группы. За семь с половиной месяцев боев не потерял никого из своих солдат. Награжден медалью и квартиру получил в Благовещенске. Все меня туда зовет. Сейчас он подполковник высшего военного пограничья.

У меня одиннадцать внуков: кто учится, кто уже работает. И тоже сплошь юристы, врачи, бухгалтер есть. Младший внук из армии недавно вернулся. Три правнука - две девочки и один мальчик - еще маленькие.

Напутствие

Что пожелать?..  Не дай бог войны никому… Никому! Живите, девочки, мальчики…  Жизнь человека дорогого стоит!..  А война… Вот сейчас смотрю новости про Украину.  И каждый раз так переживаю…  Нет, правильно, что мы им помогаем… Это же так страшно там сейчас…

Пресс-служба Нерюнгринской городской администрации